звездица

Возвращение в Отечество


MacDonald’s
После воскресной литургии

MacDonald’s, втиснутый между высоток спального района, забит народом. Можно встретить знакомые лица из числа прихожан с детьми. Но, основную массу посетителей составляют подростки. Наблюдаем: что за народ, зачем здесь? Напротив две девчонки с нетбуками: на столике по коктейлю, сидят, болтают, смеются, перекачивают музыку, общаются «Вконтакте». Они точно пришли не есть. Чуть подальше — целая компания пятнадцатилеток: у кого кола, у кого картошка — явно не голодные…
      Так зачем они здесь? — Пообщаться, просто больше негде. Это мы, взрослые, уже «толстокожие», нам достаточно обменяться «лайками» в соцсетях. Дети же, пока еще хотят видеть друг друга вживую. Они еще не сталкивались с замороченным миром взрослых. Кризис цивилизации и тупик постмодернизма никак не мешают им сесть на трамвай и через 15 минут собраться веселой компанией в MacDonald’s.

Маленький принц vs Постмодернизм
Но пройдет немного времени и шумные тинэйджеры заполнят аудитории образовательных учреждений. Здесь разношерстную массу рассортируют, отформатируют под отраслевые требования и направят на стройки потребительской цивилизации.
      В начале жизненного пути никто не ощущает себя винтиком в механизме зла. Молодые люди пока еще остаются верящими в чудеса детьми с ментальностью Маленького принца — хозяина планеты, перед которым открыты все пути. Они еще сохраняют в себе тепло родительской опеки, и агрессивный мир взрослых неизбежно вызывает желание навести в стране порядок, сделать ее такой же уютной, как и родительский дом. Ведь это же очевидно: человеку лучше всего среди близких, поэтому и страна должна быть похожа на большую и дружную семью.
      С этой важной миссией молодежь вступает в наш страждущий мир. Она по-отечески стремится его согреть, охватить заботой, приютить как больную бездомную собаку. Однако, собака оказывается бешенной: в ответ современная цивилизация не только огрызается, но яростно атакует...
      Все хотят жить в стране, похожей на большую и дружную семью, о которой мечтал Маленький принц. Но кто-то невидимый заставляет людей идти против детской мечты. Социально-экономические условия не оставляют выбора. Вместо подвигов гардемаринов молодежь встает на беговую дорожку постмодернизма. И начинается гонка за бесконечно удаляющимся потребительским солнцем.
      И понесутся похожие друг на друга дни, месяцы, годы. И всякий раз не будет хватать времени для высокой миссии. И с каждым годом сердце все медленнее будет проворачивать благородную кровь, зовущую к чести и подвигу. И когда забудутся идеалы детства, то совсем остановится. Ошметки Маленького Принца осядут на дно остывшей души, и человек растворится в безликой толпе таких же равнодушных друг к другу мертвецов.

Трапезные
Это было так важно, что стало неотъемлемой частью храма. Трапезные выполняли сакральную функцию: они проецировали литургическую одухотворенность за пределы церковной ограды. Трапезные являлись базовым компонентом традиционного общества: в них осуществлялся естественный переход от церковной жизни к началу государственной. Именно здесь, на первоначальном уровне социализации, закладывались очертания державы.
      Двери трапезных были открыты всегда. Проблемы места для встречи и общения в любом составе и при любом достатке не существовало. Трапезные использовали не только для церковных, но и для светских нужд. В них устраивали общинные праздники, заключали торговые сделки, выбирали должностных лиц. Благодаря трапезным приходы были объединены тысячами связей: социальными, культурными, хозяйственными. Эта сеть стала тем инкубатором, который сгенерировал русскую культуру, государственность, саму нашу цивилизацию. Именно культура общинной жизни позволяла нашему народу быть живым, веселым, пассионарным.

Общественная часть храма
Древо традиционной социальной системы произрастает «от земли», от заложенной в каждом человеке потребности к социализации через Христа. С приходом Петра I живая самоорганизация заменяется на административно-директивную бюрократию. Теперь, фактором социализации становится не Бог, а чиновник. С тех пор трапезная часть храма находится в состоянии архитектурного рудимента.
      Противоестественная организация народной жизни запустила апокалиптический механизм нового времени, уничтоживший традиционное общество. Эта адская машина работает и сейчас. Именно она десоциализирует народ и формирует нашу уродливую общественную систему. Именно она осуществляет смену русского цивилизационного кода. Это происходит в тот момент, когда семьи наших прихожан после литургии идут в MacDonald’s; когда наши дети, чтобы просто поболтать, «забивают стрелки» в торгово-развлекательных комплексах; когда для обсуждения житейских вопросов мы садимся за столик в Pronto…

Возвращение
В допетровскую эпоху христианская община являлась цивилизационным ковчегом, охватывающим заботой все сферы бытия человека, и духовные, и культурно-бытовые. Именно Церковь была генератором логосов отеческой заботы, по которым выстраивалась жизнь страны. И государство превращалось в Отечество. И каждый гражданин получал защиту от произвола чиновников, торговцев и банкиров, потому что в традиционной системе он не «физическое лицо», а равноправный родственник в большой семье своего народа.
      Чтобы политическая система была подлинно народной, она должна произрастать из естественной социализации. Корпоративная модель государства необходимо заменить на отеческую. В этом заключается выход из тупика постмодернизма. И для этого не нужны миллиардные инвестиции. Достаточно в двух-трех храмах организовать постоянно действующие трапезные. Приходские клубы быстро станут любимым местом для местных жителей и естественным образом начнут выполнять функцию культурных центров державной ориентации. Начнется процесс социализации и налаживания культурно-хозяйственных связей — а это уже новая общественная система с отеческими принципами.
      Осуществить детскую мечту Маленького принца захотят везде, где есть действующий храм. Процесс возвращения народа в Отечество цепной реакцией пойдет по всему постсоветскому пространству. Сеть приходских трапезных — это огромный рынок и возможность для проявления инициативы миллионов. Расселение мегаполисов, возрождение села, любое преобразование страны осуществимо, если со Христом в сердце, мы все вместе захотим по-отечески согреть заблудшую Россию, охватить ее заботой, приютить как больную бездомную собаку.