аф

Изначальный язык богословия


«Всякий видит, что, с одной стороны, прием отеческих толкований совершенно не подобен современному, а, с другой стороны, толкования Отцев носят на себе характер известного единства. Какими же основоположениями руководствовались Отцы Церкви при толковании слова Божия? Вот вопрос, который может быть назван основным по своей важности для разрешения задач современного богословия и роковым по трудности своего разрешения».
Этот вопрос, интересовавший еще митрополита Антония Храповицкого (1863 — 1936), занимает и нас.

«Язык богословия по самой природе своей есть язык символический. От этого языка отреклось «научное» богословие в убеждении, что символ можно — и не можно, а должно — разъяснить при помощи несимволического, дискурсивного языка. В этом сущность и первая ошибка всякой схоластики. На деле, однако, этот язык не может этого сделать и потому it explains the symbol away (Отделывается поверхностным объяснением символа, изображением его так, как будто никакого символа нет)».
о. Александра Шмеман

«Однако же и то подобает разуметь, что богословское учение двояко: одно — неизреченно и таинственно, другое — явленно и постижимо; одно — символическое и ведущее к таинствам, другое — философское и аподиктическое; так что в слове соплетено с выразимым невыразимое. Одно убеждает и делает связной истину говоримого, другое же действует и утверждает в Боге ненаучимыми тайноводствами».
свт. Дионисий Ареопагит
Свои полкопеечки доложу:
Символьно устройство всего Мiроздания, Символьно наше восприятие, Символьно наше мышление, Символьна наша бытийно-познавательная и мiроустроительная деятельность,
-- это как бы почти предел нашего исцеления при текущей форме Мiроустройства.
Символьное бытие коренится в Пресвятой Троице.

Edited at 2014-10-23 10:34 am (UTC)
Понимание символа это всегда понимание целостного качества. Это качество можно объяснить в дискурсивной речи, но этим объяснением нельзя его передать, нельзя передать самого качества. Оно остается невыразимо, как невыразим Отец, хотя Он и выражает Себя через дискурс Сына. В понимании качества целостность Духа дается целиком со всеми связями в своей нераздельности из за этого рассказать можно, но целостность всегда остается невыразимой. И это не значит, что мы эту целостность не знаем, если конечно знание целостности качества в нас присутствует, мы его знаем, но это невыразимое знание и одновременно выразимо в дискурсе.
Да, как-то так и есть. Все символы стекаются в один главный -- в имя Бога Слова. И познается это имя только личным мистическим образом, на внутреннем неизреченном уровне. "Он имел имя написанное, которого никто не знал, кроме Его Самого".